Как же я устал от лицемеров - людей-пустышек, возомнивших себя кем-то особенным, чьи "такие правильные" слова расходятся с поступками. Я устал от наивных оптимистов, ослепленных иллюзией счастья. Наделенные всем, чем только можно, окруженные мнимым всеобщим вниманием, они не замечают того, что происходит за пределами их комфорта и сказки, они зациклены на себе.
Я устал от этого мира. От его людей. И от его законов. Я устал от системы. От шаблона, по которому все должны жить.
Жизнь ценна. Жизнь прекрасна сама по себе, без всех этих людей, целей и прочего дерьма. Жизнь - свобода действий. Живя, ты можешь делать всё то, что захочешь. Это люди прибежали и обнесли всё колючей проволокой, они сами себя посадили в клетку, упекли за решетку, придумали ограничения, возвели определенные рамки. Они стали рабами того, что создали сами.
Я ненавижу несправедливость, с которой сталкиваюсь постоянно, я ненавижу то, что люди не замечают тех вещей, которые вижу я.
На глазах - повязка, на лице - маска, в руках - поводок. Когда у человека в руках поводок - он думает, что он хозяин, и не задумывается о том, что на самом деле ведут то его, а он слепо следует. Самообман.
Все мы - часть системы, винтики, которые легко заменить, винтики одного большого механизма, тешащие себя грёзами, что это не так.

Я видел, что все существа подчинены фатальности счастья: действие - это не жизнь, а способ растрачивать силу, раздражение нервов. Мораль - это слабость мозгов.

Разделение на правильно/неправильно, плохо/хорошо, добро/зло - это всё глупость. Стоит пересмотреть нравственные и культурные ценности, их значимость.
Стоит стремиться к самосовершенствованию, а не к тому, чтобы найти работенку, завести семью и помереть со спокойной душой.
Люди имеют ценность лишь тогда, когда действуют по своей собственной воле. Я считаю, что ты можешь делать всё то, что хочешь до тех пор, пока от твоих действий не страдают другие люди.

Пока люди не разрушат рамки, в которые себя загнали, не сломают прутья клетки, в которой сидят - ничего не изменится. Для начала многим бы не помешало прозреть и научиться пользоваться собственным мозгом.

Наблюдать за всем этим грустно и забавно одновременно. Мы уверены, что двигаемся вперед, когда на самом же деле стоим на месте.

В ответ на пышные манифесты Прогресса: " Мир шагает вперед!" - Рембо с иронией спрашивает: "А почему бы ему не вращаться?".
История повторяется, не совершив прогресса ни на йоту.

SICK SAD WORLD

PART 1
Каждое утро меня будит разный будильник. Вчера я проснулся от холодных капель дождя, упавших мне на лицо, сегодня - от пинка в бок какого-то скрюченного существа в лохмотьях, пропитанного запахом гнили, отвращением к себе и своему образу жизни, ненависти ко мне, из-за того, что я использовал его "холодильник" в качестве ночлега.
- Проваливай, - сухим, таким же прогнившим как он(?) голосом говорит мне существо. Как только запах из его рта доходит до меня, в мои ноздри-пещеры врывается ветер перегара, я окончательно пробуждаюсь. Все равно что большинство людей от кофе по утрам.
Я в ссоре с местными бомжами, ведь несмотря на такой же "кочующий" образ жизни как у них, я выгляжу, более менее нормально в глазах людей, имеющих крышу над головой и зарплату, которой хватает для материальных нужд. Так что, стараясь больше не докучать своим пребыванием здесь этому мешку с костями, я вылезаю из мусорного бака, прощаясь с черной кошкой, которая составила мне компанию прошлой ночью, и, обтряхнувшись от мусора, прилипшего к моей изношенной, растянутой одежде, выхожу из переулка.

Легкие, немного тусклые, золотистые колоски ржи касаются тонких бледных ног, прохладный ветер развивает их красивые шелковистые волосы, прядки которых аккуратно падают на юношеское личико, лучи теплого яркого солнца, догоняя бегущих юношей, легко касаются, согревая их бледную кожу.

Один из хрустальных мальчиков с венком на голове пытается догнать другого, который смеется, и этот смех звонко разносится по всей округе; маленькие птички, притаившееся среди листвы деревьев, тихонько внимают этому звуку, а затем открывают свои клювы и пытаются воспроизвести услышанное. Приятное мелодичное чириканье доходит до ушей хрупких детей, чья кожа мраморного цвета покрывается мурашками. Один из них останавливается, прислушиваясь к легкому голосу природы, вдыхая свежий воздух. Другой налетает на первого -и оба проваливаются в прекрасную пропасть ржи. Их светлые лица обращены к бескрайнему морю с пеной, в котором купается золотистое солнце. Их худые руки сразу же находят друг друга, их длинные тонкие бледные пальцы, ловко переплетаясь между собой образуют замок, ключ от которого уже есть в чистом сердце каждого. Они слышат мелодичное пение птиц, шум небесного моря, шелест немного тусклых, золотистых колосьев ржи, биение сердец друг друга. Они чувствуют прохладные вздохи ветра, легкие касания золотистых колосьев ржи, лучи солнца, падающие на их хрупкие юношеские тела, согревая их, на их лица, заставляя зажмурить яркие глаза, обрамленные длинными пышными ресницами, и тепло друг друга.  
Они пропадают в пелене седого старика-тумана...

Она выделялась на фоне мозговых паразитов. На ее голове - гнездо из темных неухоженных волос. Это отвратительный дым, исходящий из ее сигареты, раздражал меня, как и она сама. Эта лгунья, симулянтка просто крала мой сон. Она была готова умереть в любой момент, ну что же, я был  готов убить ее. Я не могу медитировать пока она пялится на меня. За каждой из семи дверей дворца - Марла, вот я в пещере с животным, которое мне покровительствует, и это животное - Марла, я протягиваю руки, чтобы получить свое внутренне дитя, а дитя - это Марла. Марла, Марла, Марла, Марла, Марла. Когда она смотрит на меня, я чувствую себя лжецом. Ложь Марлы - отражение моей лжи.
 И когда нам говорят "обнять ближнего своего" мои руки резко смыкаются вокруг Марлы. Я бы с радостью задушил ее. Убирайся! Убирайся! Убирайся! Ты не умираешь.
 - Ты тоже не умираешь, - отвечает она мне.

  Мы встретились в странный период моей жизни.

Мы стоим вместе, держась за руки, и наблюдаем за тем, как взрываются небоскребы. Резкая вспышка - и это высоченное здание летит вниз. Как только оно доходит земли, то распадается на мелкие кусочки, создавая облако пыли. Тайлер говорил, что "если смешать нитроглицерин с парафином и дополнительным количеством азотной кислоты, то получится пластит. Им можно взорвать даже небоскреб."